Зона 51 - Патрик О`Лири

Ну и вы переходите в кабинку, устраиваетесь поудобнее. Он уже на третьем-четвертом мартини и не затыкается. Поглядывает на белый сигарный футляр у тебя в нагрудном кармане так, будто хочет спросить: «Будешь это курить?» Хватает коктейльную салфетку.

– Представь себе алюминиевую фольгу. – Комкает ее в шарик. – Сминаешь. Только мятой она не остается. Возвращается в предыдущую форму. Раз! И еще, это не алюминий, а только похоже на алюминий. – Последнее слово он произносит с трудом, еле ворочая языком. – Намного крепче. Бьешь молотком – а он даже не гнется. Направяешь на него горелку – а он даже не нагревается. Но применяешь мозги и кожу – и он гнется. Боже, какая красота.

– Металл?

– Мы назвали это металлогубкой. Но они не поняли, что это такое! Только и хватило воображения, как на удобство Джонни Гленна в кабине. Они решили, раз «губка», значит, мягкая. Вот и искали мягкие применения. Изоляция. Герметики. Космические шлемы. Идиоты. Я им твердил: материал не мягкий, а умный. Это дзен. Он гнется, мнется, поглощает удары. Он течет. Это металл-ниндзя. Только с виду мягкий. Ждет, когда противник устанет, а потом его душит.

Он схватился за голову и покачал ею.

– Они не поверили, – уточнил я.

– Не-е, они и не слушали. Тогда мой партнер отнес разработку шведам и променял на угловой кабинет и жену-блондинку. Последние двадцать лет курит вот такие дорогие сигары, глазеет в окно и ни фига не делает.

– Но не ты.

– Конечно не я. Я застрял. Ему достались все деньги и слава, а мне – шиш с маслом.

– Знакомая история. Изобретатель не получает славу. Получает только тот, кто сумеет продать изобретение на рынке.

– Изобретатель? – с улыбкой переспросил любитель мартини. – Изобретатель?! – Он качнул свой бокал и уставился на оливки, устремившиеся по орбитам. – Братец, я гений, но это все-таки не я родом с другой планеты.

– 2018

Все в закусочной словно находились в собственных мирках. Никто и бровью не повел, хотя всем было слышно историю, которую только что рассказал этот потрепанный верзила.

– В общем, это был мой первый.

– Твой первый? – переспросил я.

– Да, он много болтал. И не собирался затыкаться.

Я увидел его лицо.

– Погоди, – сказал я.

– Мы вместе пошли домой, распевая песни.

– Погоди, – сказал я.

– Выпили на ночь. У него случился сердечный приступ.

Официантка подошла подлить мне кофе и сказала:

– Вы гляньте. Кто-то забыл в соседней кабинке обувную коробку! Ух! Ну что, ребят, у вас осталось место для десерта?

– Я бы с удовольствием прикончил вишневый пирог, – сказал с улыбкой Уинстон Куп.

И она рассмеялась.

Ящик – 1992

Брат, чего только ни говорят умирающие.

– Правда? – спросил Куп.

О да, мистер Кей, еще как. Вспоминают первую любовь. Учителя во втором классе, который дал им сухие штаны, когда они описались в песочнице. Человека, которого любили больше всего на свете, а он оказался чудовищем.

Иногда их тянет поесть то, чего они не пробовали уже много лет. Лимская фасоль. Тапиока. Или, может, та особая томатная паста, которую им готовила мама. И обычно они тебе доверяют. Рассказывают свои секреты.

Черт, оно и понятно. Ты же их последний слушатель. После тебя – только большое молчание.

Мистер Эл ничем не отличался от других ветеранов вроде вас, мистер Кей. Мы их зовем Дышащие на Ладан. Гонщики на Тот Свет.

– Ну спасибо, Честер.

Он улыбнулся.

Да я прикалываюсь. С вами-то все в порядке. У меня, можно сказать, чуйка на тех, кто катится на тот свет. Может, пахнет от них по-другому, даже не знаю. Но под конец вокруг них становится совсем тихо. Люди в основном держатся подальше. Но не я. Меня смерть никогда не волновала.

И вот я переодеваю мистера Л. Он худой желтый старик с желтыми глазами. Застой желчи. Так себе симптомчик. И я спросил, чем он занимался после войны.

– Упаковка, – ответил он.

Ну, я на свете пожил немало, но с таким, значит, родом деятельности еще не знаком.

– Упаковка? Коробки или мешки?

Он вот так вот на меня смотрит долго, и я не могу понять, что у него на уме.

– Вроде того, – говорит. – Только в больших масштабах. Контейнерные грузоперевозки. Знаешь большие фуры на шоссе, которые занимают сразу две полосы?

– Крупногабаритные, – говорю.

– Ага. Крупногабаритные. Для этого нужно планирование. Инженерия. Нужно учитывать коммерческую загрузку, равновесие и вес. Технику безопасности. Высоту. Сопровождение. В основном ночные доставки, чтобы не закупоривать крупные дорожные артерии днем. Логистика. Это моя специализация.

– Похоже, работы много.

– Да не, я делал дай бог одну-две доставки в месяц. Работал на правительство.

Похоже, работа не бей лежачего. Я подумал, может, и мне стоит туда пойти. Может, он откроет мне дверь. Я не собирался чистить больничные утки вечно. Меня ждали большие дела.

– Правительство?

– Нас называли «С-доставки». Сокращение от «Секретные доставки».

Он дал мне время осознать.

Я закончил с его памперсами. Вымыл руки. Побрызгал освежителем воздуха, постелил новые простыню с одеялом.

– Спасибо, – сказал он. Потом посмотрел на меня. – Неинтересно?

– Чего? – спросил я.

– Про «С-доставки».

– Секретные, – сказал я. – Ну, чего вы доставляли? Оружие? Самолеты?

– Тоже было.

Очевидно, ему хотелось выговориться, и только оглядываясь назад, я вижу надменность своей юности. Мне было девятнадцать, я брал полуночные смены, учился на заочке. Лишился девственности в пятнадцать. Курил траву. Пил. Ходил в стрип-бары. Черт, я думал, уже знаю жизнь вдоль и поперек. Понимаешь? Что мне нового расскажет этот желтушный старикан. Стариканы. Мы становимся невидимками, да? Люди и забывают, что мы – просто следующие их версии.

– Не такой уж ты и старик, Честер.

Мистер Кей, вы не угадаете мой возраст, даже если постараетесь.

Я уже чуть было не махнул на старпера рукой. Но что-то меня остановило. Что-то в тех желтушных глазах. Единственное в нем, что не выглядело старым. Значит, он доставлял Неведомые Секретные Хреновины. Ну и что дальше?

Я присел к нему на койку.

– Ну и что еще вы доставляли?

Мистер Эл улыбнулся.

– Весь фокус «С-доставок» – в противоположностях и ловкости рук. Знаешь, как фокусник приковывает внимание в вертящейся палочке в правой руке, чтобы ты не заметил белого голубя в левой?

– Ну да.

– Все просто. Если груз квадратный – контейнер круглый. Длинный груз делится на двое и доставляется по отдельности. Множественные грузы укладываются так, чтобы казаться единым целым. Уловил принцип?

– Вроде да.

– И вот. И вот